КОРАБЛИКИ

Дождь шумно и весело барабанил по крыше, по небу рассыпались раскаты и треск грома; ослепляя все вокруг, сверкала молния. Летние грозы в Сапожке были обычным явлением.
Я смотрела через окошко в сад, наблюдая, как крупные капли дождя скользят по стеклу и оставляют после себя дорожки. Мне было скучно. Хотелось приключений.
Внезапно небо стало светлее, лучи солнца уже прорезались на небосклоне. Дождик заканчивался.
Втихаря проскользнув мимо мамки Старой, я стрелой выбежала на террасу, надела сапоги на босу ногу и помчалась к калитке, которая вела на улицу.
После дождя воздух был напитан особенной густой свежестью.
- Ванька, айда на улицу кораблики пускать! - кричала я в окошко соседскому мальчишке, который был влюблён в меня по уши.
- Ща! - откликнулся Ванька, ща только сапоги надену!
На улице собиралась детвора. Лешка Гаджибеков , Вовка Титлов, мой младший двоюродный брат Сереня, Славка Свирин, приходящая «дружиться» Алка Колесникова - все мы были с одной улицы, кроме Вовки. Все дружною компанией играли в прятки, казаки-разбойники, ходили купаться на речку , а по вечерам сидели на зеленом крыльце Прасковьи Павловны Павловой, Ванькиной тётки, которая была нашей соседкой.
Я была единственной девчонкой на нашей улице, и верховодила всеми ребятами, хотя они все были старше меня на год, а Вовка Титлов даже на два.
«Разница в возрасте» не мешала мне командовать мальчиками, они меня слушались беспрекословно!
-Давайте платину строить ! - Скомандовала я.
Наша улица Ленина уходила вниз к речке. После дождя ручейки наперегонки весело бежали , принося с собой всякий мусор, из которого мы любили строить запруды . Вода набиралась в запруду, мы ставили в ее лоно свои кораблики. Затем вода заполняла нишу, и кораблики поднимаясь вместе с водой , со скоростью ,обгоняя друг друга, бежали , уносимые течением вниз . А мы со смехом бежали рядом и смотрели: чей кораблик дальше всех проплывет, тот и победитель!
Иногда кораблики падали на бок и так и плыли . Мы смеялись над незадачливым корабликом и его строителем, как будто он был виноват, что бумажный кораблик перевернулся. Иногда кораблик намокал и уже никуда не плыл, и расстроенный соседский мальчишка глазами, переполненными от обиды, смотрел, как он «умирал» на «дне» , наполняемый мутной водой.

Будучи хитрой и проворной девчонкой, я знала, как сделать, чтобы мои кораблики всегда плыли дальше всех и дольше всех оставались в боевом строю. Секрет заключался в том, что я их делала из твёрдой бумаги, а не из тетрадной. Я очень часто выходила победителем этой затеи, и ребята меня уважали!
А влюблённый по уши сосед Ванька даже гордился!
Вечером , сидя на крыльце Прасковьи Павловны и треская за обе щеки хлеб с вареньем, все ребята мечтали, что в следующий раз обязательно сделают лучше запруду, и их кораблики придут первыми! Ведь как-то не правильно, по мальчишеской логике, что девчонка – победитель.
7 сентября 2016.

Октябрьская осень тихо бродила по берегу реки. Было пасмурно, прохладно и тихо. Река медленно несла свои воды вдаль. Октябрьская осень подошла к кромке воды и, как в зеркало, посмотрела на себя. Из реки на неё взглянула постаревшая женщина с печальным взглядом, лицо которой было изрезано морщинками. Октябрьская осень тяжело вздохнула и побрела дальше. Она шла медленной походкой уставшей от жизни женщины.

Дунул холодный ветер, фалды тёмного плаща разлетелись в разные стороны, с головы сполз капюшон, тёмные волосы упали на плечи, шарф оголил шею...

Октябрьская осень

Сентябрьская осень, миловидная дама с золотистой косой, шурша опавшими листьями, прогуливалась по парку. Она была одета в оранжевый плащ, яркие модные туфли, на голове была изящная шляпа с большими полями, в руке – модная кожаная женская сумка, стилизованная под кленовые листья.

Солнечные лучи озаряли красно- желто- зеленую листву, которая пестрым мягким пушистым ковром лежала под ногами.

Сентябрьская осень

- СветАсвет! – кричит и костяшками пальцев стучит в окно моя тетка Ольга, с которой мы живем по соседству,- иди сливы собирай, а то уже все осыпались!
- Свет, вставай, молочница пришла.

8 утра! Спать хочу! Никакого покоя. Я вчера легла в три часа ночи, потому что болгарский перец уже весь перезрел, и я делала в два захода лечо.
Орать тёте Оле я не могу, горло болит. Полусонная, накидываю на плечи халат, автоматом ноги - в шлепки. Иду к «молоШнице».

Утро сентября