Вся неделя в Васильках прошла в застольном праздновании.
«Брат с севера приехал, гуляем!» - любил повторять Гарик, и сам смеялся над своей шуткой.
Гарик снимал стресс после свадьбы сына, а Юля перед свадьбой.
Всеми приготовлениями к торжеству распоряжалась баба Зина. Внуку был куплен костюм, туфли, заказан ресторан «Наши традиции», приглашена вся родня.
Юля категорически отказалась покупать платье невесте, нервно раздражаясь и высказывая:
Вечером всё семейство собралось на шашлыки. Пришли тетка Раиса, которая на севере дала путевку в жизнь Юле и ее старший сын Ярослав.
Ярослав был военный моряк, капитан дальнего плавания, второго ранга запаса.
Он давно уже сошел на берег и как очень многие военные работал секьюрити. Заодно он управлял частной яхтой одного очень известного бизнесмена и политика, фамилию которого нельзя произносить по умолчанию.
Гарик с яростью кинул телефон на кровать и стал собираться в дальнюю дорогу.
Он уезжал с тяжелым сердцем. Гнал машину по трассе на большой скорости, будто хотел сбросить всё обидное, что довелось ему испытать.
Перед глазами стояла Динара... То в бордовом платье, то в синем. То обнаженная и шикарная, то беспомощная и в слезах. Как девочка.
Он никак не мог избавиться от этого образа.
А еще от сладостных минут, проведенных возле нее и с ней.
Теплоход издали манил светящимися огнями, играла музыка, гости собирались у причала.
Динара вышла из машины во всем великолепии: платье василькового цвета также выигрышно подчеркивало ее фигуру. Гарик, глядя на свою женщину, залюбовался.
«Что вечер грядущий нам готовит?» - вздохнув, подумал горе- любовник.
Гарик галантно предложил жене свою руку, Динара грациозно оперлась, и они пошли к причалу, как настоящая семья.
Когда теплоход с гостями готовился к отплытию, приехала доставка цветов, чем привела в восторг Богдану Львовну и Лилю.
Динара, опираясь на стену здания, пыталась идти, но у нее плохо получалось. Она не могла наступить на ногу, и наступая на носок, скакала и ойкала.
–Динара Рафаэлевна, что такое? – Лиля озадаченно смотрела на свекровь, – Вам нужна помощь, мы сейчас! Мы с Русланом отвезем вас!
–Не надо никому никуда ехать. У вас первобрачная ночь, езжайте! – включился в разговор Гарик, а маму я сам отвезу в медпункт или куда она скажет.
Гарик подошел к Динаре, и ей пришлось опереться на его руку.
–Сильно больно? – участливо спросил Гарик.
Прогремел марш Мендельсона, молодые обменялись кольцами. Было очень красиво и торжественно. Ученая пара улыбалась.
Гарик был в напряжении, а Динара не смогла сдержать слез.
Она обняла свою невестку Лилечку и горячо прошептала ей на ушко: «Милая моя девочка, ты – моя дочка!» А Руслану сказала: «Никогда не бросай ее, слышишь?»
Отдышавшись от слез и поздравлений, все поехали осуществлять первую часть свадебной программы, вторая, сам банкет, был назначен на вечер в ресторане.
Гарик сказал Юлии, что едет на свадьбу сына.
– Как? У нас же тут свадьба намечается, - недовольно сказала Юля.
– У меня есть свой родной единственный сын, и он женится! – Я его несколько лет не видел! – рявкнул начинавший злиться Гарик.
Юля, почуяв, что говорить против бесполезно, прикусила язык, и, фальшиво улыбаясь, кивнула: «Конечно, ты прав, милый, да–да, езжай!»
Баба Зина, погоревав и попричитав, новое положение дел приняла. Рано утром за завтраком она объявила:
– Будем играть свадьбу! Юлек, готовить приданое надо нам, раз мать у нее непутевая и денег там нет, мы всё дадим. А то как же они жить будут? И от людей чтобы не было стыдно.
Все молча согласились. Буря миновала.
Утром повторилась та же сцена.
Позавтракав, молодняк выпорхнул из–за стола, не дожидаясь разборок и нотаций.
Выловить и поговорить с Толей представился случай только через пару дней.
– Юлька! – заводилась баба Зина. – Это ты во всем виновата! Ты! Упустила парня! Смотреть надо было, а ты в люботу шарахнулась, дура! Вот чаво теперь делать? Чаво?
Юля зеленела и в сердцах отвечала: «Ничаво»!
– Да не кричи ты мама так! На все село слышно! – одергивала Юля мать.
Баба Зина стояла, раскрыв рот, и не могла вымолвить ни слова...Толик крепко спал, закинув руку за голову, а другая его рука обнимала голую спину какой-то девицы. Простыня еле прикрывала задницу этой девки, а длинная нога с красными ногтями бессовестно лежала между ног Толика.
Ошарашенная увиденным, баба Зина вышла из спальни, села на стул и застыла. Она смотрела невидящим взглядом впереди себя и молчала... В таком состоянии ее и застала дочь.
– Мама, мааам, - встревоженно тряся за плечо, проговорила Юля, – Ты чего?
